Станцуем науку?

// Почему важно уметь подавать себя
Алёна Лесняк

Среди ныне живущих российских учёных, инженеров и инноваторов нет ни одной звезды мирового масштаба. И речь вовсе не о значимости их достижений и открытий, а об узнаваемости среди простых обывателей. Сколько ни скреби отечественных исследователей и инженеров, а фигур столь же ярких, как Стивен Хокинг или Илон Маск, не найдёшь.

Какое-то время на эту роль ещё мог претендовать математик Григорий Перельман, доказавший гипотезу Пуанкаре и отказавшийся от премии в миллион долларов. Но он сам не захотел быть известным: уволился с работы, заперся дома, и со временем разговоры о его загадочной фигуре утихли.

Виноваты тут, увы, мы сами — не умеем любоваться восходящими научными светилами, да и они не решаются вспыхнуть и осветить наши тёмные умы.

Да, в советские времена людей учили быть серьёзными, прилежными и незаметными, но Советский Союз давно развалился, а мы, к сожалению, не смогли перестроиться — стать уверенными в себе, свободными,  дерзкими и современными. Уже больше двадцати лет наша страна живёт по законам рыночной экономики, мы все вроде бы знаем, что такое конкуренция, но российская наука так до сих пор и не научилась себя продавать. Мы привыкли, что наши учёные — это суровые дядьки в одинаковых серых пиджаках, все сплошь говорящие на сакральном птичьем языке. Мы относимся к ним с пиететом и даже трепетом, ведь они священнодействуют, не то что этот британец Мэтт Тейлор, который вышел сажать модуль «Филы» на комету Чурюмова — Герасименко одетый в легкомысленную рубашку с принтами в виде полгуголых женщин. Как он посмел так вырядиться! Он что, не чувствовал ответственности, величия миссии, которая была на него возложена?!

И тут снова мой тоскливый вздох…Как жаль, что отечественная публика совершенно неспособна нормально реагировать на попытки учёных быть неординарными. Вот совсем недавний пример. Российский химик Артём Оганов, которому, к слову сказать, прочат Нобелевскую премию, выложил у себя на странице в соцсети фото банки пива со своим портретом на этикетке. Какая буря тут поднялась! Артёма осудили, заклеймили и пригвоздили. Вот парочка комментариев: «Человек от науки, а такое себе позволяет!», «Бухло теперь рекламируют учёные? Товарищи, это ж деградация!». Чем-то затхлым от этого попахивает, давно, казалось, позабытым. И ведь людям в голову не пришло, что учёный рекламировал вовсе не пиво, а образ науки.

Вот я хоть пива не пью (как и сам Оганов), а баночку с его портретом для истории сохранила — как-никак один из первых, и не самых робких, шагов российской науки на пути к популярности.

И пусть заподозрят во мне иностранного агента и бросят камень, но я не могу не сказать, что отечественным учёным стоит поучиться у западных коллег, как делать себе имя. Там уже очень давно, никого не стесняясь, успешно превращают инженеров, астронавтов и исследователей в знаменитостей, которыми восхищается и гордится весь мир.

На Западе придумали Игнобелевскую премию.

Зарубежные астрономы, наблюдающие при помощи крупнейшего радиоинтерферометра ALMA за красным гигантом R Sculptoris, переложили испускаемые им сигналы на ноты и записали альбом «Музыка умирающей звезды».

В конце прошлого года в США назвали победителя конкурса Dance Your Ph. D., который уже восемь лет проводится при поддержке одного из самых авторитетных научных журналов Science. По условиям этого состязания победителем становится тот, кто лучше всех протанцует тему своей диссертационной работы. Ну разве это не замечательный способ привлечь внимание к науке?

В России, конечно, создаются похожие научно-популярные форматы, но пока их один-два в поле зрения. Однако я уверена: мы можем станцевать науку и покруче!

 

 

Опубликовано в журнале «Кот Шрёдингера» №1-2 (15-16) за январь-февраль 2016 г.