Технологическая ностальгия

// Без права на delete
Светлана Соколова

Печатная машинка в 2004 году уже принадлежала истории, и встретить её в быту было очень сложно. Но пубертатное юношество в лице автора этой колонки считало, что сочинять стихи и высокохудожественную прозу достойно только на каком-нибудь скрипучем потомке ремингтона.

Эта мысль обернулась широкомасштабной кампанией по извлечению желанного агрегата из небытия. Обыск чердаков, опрос родственников и поход по магазинам, увы, не помогли. Тогда были расклеены объявления, информирующие население о моём желании приобрести пишущую машинку. Население крутило пальцем у виска и недвусмысленно выражало удивление.

Обладать условным ремингтоном мне так и не ­довелось. Зато я заполучила его электрический аналог. Как ни смешно, его принесла с работы мама. Кто-то им ещё пользовался для набора документов. Эта штука работала только будучи включённой в розетку, автоматически ­передвигала каретку для бумаги и издавала куда меньше шума, чем слоноподобные механические агрегаты.

То лето было волшебным. Ночью дом наполнялся жарким клац-клац-клац и шуршанием бумажных листов. К утру в мусорной корзине вырастала горка. Какие-то из набранных тогда текстов были опубликованы, какие-то до сих пор стыдно вспоминать. Осенью машинка отправилась на антресоль и больше уже никому никогда не пригодилась. И вообще исчезла без следа.

К 2016 году я и думать про неё забыла. И тут вдруг выяснилось, что не только я, будучи мечтательным подростком, считала, что пишущая машинка — самый романтический гаджет на Земле. Некоторые люди по ней скучают и время от времени придумывают какие-то гибридные штуковины с налётом ностальгии, как-то: док-станция для iPad с клавиатурой в виде пишущей машинки и планшетом — «листом бумаги».

Или вот устройство Hemingwrite. Это цифровая пишущая машинка с экраном на электронных чернилах и клавиатурой «как у компьютера». Что важно, она не имеет доступа к вай-фаю, а значит, помогает в борьбе с прокрастинацией. Наверное, на такой штуке имеет смысл писать курсовые, дипломы и рефераты.

Современный писатель, конечно, избалован — в техническом смысле. А ещё он избавлен от горы блокнотов с пожелтевшими страницами и выцветшими каракулями, где когда-то был записан рецепт спасения Вселенной, но как же ты его найдёшь в этом чернильном паноптикуме…

Можно всё сканировать, конечно. Но хочется чего-то мобильного, чтобы под рукой, — словом, цифровой ­блокнот. Попытки его создать восходят к началу нулевых. ­Тогда появились телефоны со стилусами, но не прижились. Сейчас существует множество специальных приложений для распознавания рукописного текста — под разные операционные системы.

Правда, толку от них не слишком много.

На наше счастье, периодически приходят новости о разработках «бумажного планшета, который позволяет практически мгновенно оцифровывать рукописный текст или рисунки». Одна из последних моделей принадлежит компании Moleskine. Устройство состоит из собственно планшета, «умной» ручки и специального приложения. Позволяет делать записи и оцифровывать их в режиме реально­го времени. А ещё — сортировать страницы, озвучивать текст, раскрашивать заметки.

Пишущая машинка, напротив, мало что умела, но отличалась житейской мудростью. Она постоянно напоминала, что за ошибки надо платить: вбил неверное слово или поставил запятую где попало — вытаскивай лист и стучи заново. Кнопки delete в её организме не существовало. Интересно, какие уроки нам преподаст цифровой блокнот.

 

Опубликовано в журнале «Кот Шрёдингера» №9 (23) за сентябрь 2016 г.

Подписаться на «Кота Шрёдингера»