Птицы железные и пернатые

// Летящий человек против летящей утки
Светлана Соколова

Недавно друг пересказывал мне новый фильм Клинта Иствуда «Чудо на Гудзоне»:

— …Так вот, командир смог посадить самолёт на реку — никто не пострадал. Все 155 человек остались живы.

— А что, они обязательно должны были погибнуть?

— Ну, при посадке на воду шансов выжить немного. Хотя, наверное, больше, чем при столкновении с землёй.

С аварийным приземлением всё понятно: ничего хорошего не жди. Об аварийном приводнении я не задумывалась, несмотря на то что стюардесса всякий раз объясняет, как надувать спасательный жилет. Наверное, где-то на дне моего воображения у каждого самолёта есть лыжи, способные прокатить его по морю аки посуху. Прямо к берегу, где счастливчиков ждут скорая помощь, МЧС, телевидение и моральная компенсация в рублях и долларах.

Но вопрос не в технологиях приводнения, а в ­причинах катастрофы. Собственно, никакого чуда на Гудзоне бы не понадобилось, если бы не чёрные гуси (они же казарки). Именно этих птиц назначили виновными в происшествии с американским авиалайнером Airbus A320-214. Двигатели самолёта, не пережив столкновения со стаей казарок, отказали. Экипаж проявил чудеса реакции, ловкости и выдержки и сумел «припарковаться» на Гуд­зо­не. Все остались живы.

История другой более-менее удачной аварийной посад­ки на воду (один пассажир всё-таки утонул) случилась в 1953 году в Казани, и тоже из-за птичек. Грозовые облака вынудили Ил‑12 снизиться — зайти в потенциальную зону птичьего полёта. И вскоре в самолёт врезалась стая уток. Удар был такой силы, что у людей потемнело в глазах. Двигатели загорелись…

Много факторов должно сложиться, чтобы приводнение закончилось удачей: состояние воды, сила ветра, тип самолёта, мастерство экипажа, отсутствие поблизости пернатых. На высоте десять километров их уже не встретить, зато при снижении и подъёме самолёта они тут как тут. Это их естественная среда обитания. Чему тут удивляться?

Люди мешают летать птицам, птицы — людям, и это ­серьёзная проблема. Так, за 2016 год зарегистрировано 779 случаев столкновений российских воздушных судов с птицами, что чуть ли не в два раза больше, чем в 2015-м. Эту статистику я взяла из материалов группы авиационной орнитологии НИИ гражданской авиации. «Авиационная орнитология» — есть в этом словосочетании что-то волнующее.

Как и во всякой войне, гибнет в противостоянии железных и пернатых птиц чаще всего глупый молодняк. «В целом вторая половина лета — время присутствия в популяциях большого количества молодых птиц, не имеющих достаточного опыта, позволяющего в той или иной степени предотвращать опасные контакты с воздушными транспортными средствами», — сообщают сотрудники Воронежского государственного технического университета.

Ленты из светоотражающей фольги, цветные шары, мигающие фонари, биоакустические установки, газовые пушки, средства оптические, химические, пиротехнические, механические, биологические… И тупой отстрел. Человек борется с птицами на своём воздушном пути десятки лет.

Но животные, по-моему, ни в чём не виноваты. Это люди, обуянные гордыней и желанием вознестись как можно выше, вторглись на чужую территорию — в небеса — и, руководствуясь логикой захватчиков, назвали коренных обитателей «проблемой». У Homo sapiens всегда так: что ни добыча, то проблема, а сам он царь природы, двигатель прогресса и герой.

Если, конечно, повезло увернуться от летящей утки.

 

Опубликовано в журнале «Кот Шрёдингера» №1-2 (27-28) за январь-февраль 2017 г.

Подписаться на «Кота Шрёдингера»