Летающие тарелочки

// О ненауке уфологии
Алексей Торгашёв

Ну видел я НЛО, видел. Нельзя же только на основании этого факта объявлять человека недостойным приличного общества?

Видел давно, подростком. Не тарелочку, а плотную тень в светящихся звёздочках, пролетевшую надо мной и моим приятелем Вовкой Денисюком. ­Было первое сентября, мы вышли вечером во двор в ­городе Ставрополе посмотреть на Луну в мой театральный ­бинокль. Тут эта штука и появилась. Две-три ­секунды. Вылетела из-за крыши одной пятиэтажки, скрылась за крышей другой. Я оценил размер в несколько метров и высоту метров в тридцать. Вовка — в пятьдесят и пятьдесят соответственно. Стояли рядом. Очень тихо. Очень страшно.

Ничего подобного я ни до, ни после не видел. Весь мой опыт и мои знания говорят, что это не могло быть естественным и не могло быть искусственным. И с тех пор я подозреваю, что есть на планете нечто, о чём мы не имеем никакого представления. Скорее всего, разумное.

Хотя если искать объяснения из очевидных, подобрать довольно просто. Например, планер с необычным каму­фляжем. А в новое время лазерных шоу и квадрокоптеров я бы даже не удивился. Проблема в том, что мне трудно представить планер в конце 70-х годов прошлого века, которому потребовалось лететь над нашим двором в девять вечера, да ещё с таким окрасом.

Вот и считаю, что видел «какую-то штуку». Не знаю, почему вспомнилось. Может, потому что весна скоро и все контактёры в гости к нам.

Прошли годы. Подобное, как я узнал, видели десятки тысяч людей. Правительства разных стран даже объявляли программы по сбору фактов. Самая известная из них — «Синяя книга», проводившаяся ВВС США. Собрали 13 тысяч свидетельств, привлекли астрофизиков-экспертов, пришли к выводу, что угрозу национальной безо­пасности НЛО не представляют. А были ли они чем-то ещё, кроме обычных метеорологических зондов, военные сказать отказались. Небольшой процент неидентифицированных объектов остался, ну и бог с ним.

Давайте допустим самый приятный для уфологов вариант: есть на нашей планете некие разумные существа либо их техника. Число наблюдений большое, но почему-то ни на какие контакты эти разумные не идут и при первой возможности скрываются. А наука привыкла к доказательствам. Здесь же сам факт доказать невозможно: что-то было — это не факт, а субъективное свидетельство. Когда таких свидетельств много, можно составить их опись, что наука и сделала. Остальное не к ней. Ровно до тех пор, пока это самое разумное не вмешается в наши дела. И то, учитывая число оптических обманов и ложных показаний, ему придётся долго доказывать своё нездешнее происхождение. Вы видели когда-нибудь контактёра с инопланетянами? Я, к счастью, тоже нет. А вот мой друг-нейрофизиолог видел. Говорит, это человек с очень изменённым состоянием сознания. Понимаю. Если бы ко мне пришёл инопланетянин выпить пива, я бы сам пошёл к психиатру. Но у меня хорошие нервы, а чаще, полагаю, случается наоборот: сначала человек видит человечка внутри себя, а затем тот к нему подсаживается. Но как изучать то и это? И как отличить одно от другого?

У меня есть одно соображение. И гипотеза. Сейчас число сообщений должно пойти на спад. Учитывая то, о чём я сказал выше: даже самую необычную оптическую иллюзию теперь очень трудно отличить от банального квадрокоптера в лазерном шоу. Мы сами можем запускать летающие тарелки. Да и зелёных человечков в Голливуде пачками производят. Интересно было бы сравнить статистику появления НЛО по десятилетиям. Возможно, получится как с марсианскими каналами. Скиапарелли ведь был не последний астроном, но создал миф, который пережёвывали много десятилетий.

Собственно, я это всё вот к чему: уфология в своём сегодняшнем состоянии наукой быть не может. Но не стоит насмехаться над учёными, собирающими данные по НЛО. Это нормальная кропотливая работа. Вдруг что-то накопают?

Мне, кстати, было бы жаль. В природе много загадок. Пусть и эта будет.

P. S. Значительная часть редакции «КШ» весьма уважительно относится к изу­чению летающих тарелок, предстоящих контактов с инопланетянами и других подобных явлений. Однако мы полагаем, что эти вопросы лежат не в плоскости астрономии или ксенобиологии, а относятся скорее к психологии мышления, памяти и восприятия. Тоже ведь наука.

 

Опубликовано в журнале «Кот Шрёдингера» №1-2 (27-28) за январь-февраль 2017 г.

Подписаться на «Кота Шрёдингера»