Она могла остановить мгновение

// Памяти Фотоплёнки
Алия Ямалиева

Мы привыкли, что технологии с каждым днём становятся всё более невероятными. Но иногда, в перерывах между постами в инстаграме, мы на мгновение испытываем странное чувство неустроенности, пустоты и фальши… Тоска в сердце напоминает о той, что пыталась научить нас относиться к фотографии как к искусству.

Фотоплёнка, живая и искренняя, оставила нас. Хотя на самом деле это мы оставили её — ради цифровых снимков. Их могут быть миллионы, а она была ­единственная, но с большой душой: 12, 24 или 36 кадров на ­катушку. Сейчас может показаться, что это слишком мало. Но Фотоплёнка учила ценить каждый снимок; учила, что фотография — это труд, который вознаграждается сполна, если быть аккуратным, терпеливым, а главное, любить своё дело.

Она сочетала в себе изящество, смелость и страсть к экспериментам. Обожала открытия в области химии и опробовала на себе все новые способы проявки. Сначала для этой цели использовали раствор из щавелевой кислоты, железного купороса и гипосульфита. Затем, на рубеже XIX и XX веков много новых проявляющих веществ. Последним из них стал фенидон. Проявители брали в разных пропорциях, чтобы получить такие эффекты, как осветление или затемнение, увеличение или уменьшение контраста. Фото делалось вручную в прямом смысле слова. Фотограф был художником, Фотоплёнка — его полотном.

Многие сегодня боятся работать с ней, полагая, что это слишком сложно. Наверное, её предки были слишком строги к нам. Двести лет назад фотоизображение получали на стеклянной пластинке. Ошибка грозила не только засве­ченным кадром, но и острыми осколками. В 1875 году польский инженер Леон Варнерке впервые попытался сделать фотоматериал гибким, применив бумагу и гуммиарабик.

Позже Фотоплёнка действительно смягчилась и стала целлулоидной. Работа пошла на лад, но порой из-за горючести материала подложка могла и воспламениться. Этот недостаток исправила в 1908 году компания Eastman Kodak. Целлулоид заменили открытым тогда диацетатом, а в 1950 году — триацетатом, который с тех пор и использовался в производстве плёнки.

Повзрослев, Фотоплёнка, казалось, могла всё. Она существовала в цветной и чёрно-белой ипостасях, позволяла практиковать разные способы печати, вдохновляла на создание многочисленных наборов эмульсий для подложки… При съёмке эмульсия задерживала определённое количество света, и получалось изображение, составленное из разных цветных или чёрно-белых слоёв.

В конце XX века с изобретением цифровых фотоаппаратов съёмка стала доступна каждому. Количество снимков теперь ограничивается лишь объёмом карты памяти. Тёмная комната с сосудами, наполненными таинственными жидкостями, ушла в прошлое — теперь ошибки исправляются щелчком мыши.

Всё так. Но сколько бы мы ни пытались заполнить пустоту в сердце фотками с фильтрами и эффектами, нас не оставляет чувство, что потеряно то единственное, ради чего стоит делать снимки. Фотография давала возможность приобщиться к искусству. И в этом, безусловно, заслуга её, плёнки — учителя красоты, терпения и точности.

Прости нас, Фотоплёнка, и — прощай!

 

Опубликовано в журнале «Кот Шрёдингера» №9 (23) за сентябрь 2016 г.